Их восемь - нас двое. 

Расклад перед боем не наш, но мы будем играть!
Сережа! Держись, нам не светит с тобою,
Но козыри надо равнять.
Я этот небесный квадрат не покину.
Мне цифры сейчас не важны,
- Сегодня мой друг защищает мне спину,
А значит, и шансы равны.
Мне в хвост вышел "мессер",
но вот задымил он,
Надсадно завыли винты.
Им даже не надо крестов на могилы,
Сойдут и на крыльях кресты!
- Я - "Первый", я - "Первый", - они под тобою,
Я вышел им наперерез. Сбей пламя! Уйди в облака! Я прикрою!
В бою не бывает чудес! Сергей! Ты горишь! Уповай, человече, Теперь на надежность строп! Нет!
Поздно - и мне вышел мессер навстречу.
Прощай! Я приму его в лоб.
Я знаю - другие сведут с ними счеты.
А по облакам скользя, Взлетят наши души, как два самолета,
- Ведь им друг без друга нельзя.
Архангел нам скажет: "В раю будет туго!"
Но только ворота - щелк,
Мы бога попросим: "Впишите нас с другом В какой-нибудь ангельский полк!"
И я попрошу Бога, Духа и Сына, Чтоб выполнил волю мою: Пусть вечно мой друг защищает мне спину,
Как в этом последнем бою.
Мы крылья и стрелы попросим у бога, Ведь нужен им ангел-ас,
А если у них истребителей много,
Пусть пишут в хранители нас.
Хранить - это дело почетное тоже,
Удачу нести на крыле Таким, как при жизни мы были с Сережей,
И в воздухе и на земле.
В. Высоцкий 1968

Мне удалось прочитать книгу Ворожейкина Арсения Васильевича “Рядовой авиации” Всего на счету рядового авиации А. В. Ворожейкина около 400 боевых вылетов, 52 сбитых лично самолёта противника (из них 6 — на Халхин-Голе) и 14 в группе. По другим данным сбил 45 самолётов противника лично и 1 в составе пары. Он один из наиболее результативных асов советской истребительной авиации.
Книга была опубликована в 1973 году и, конечно, тогда и мыслей у меня не было, что откапывал по крупицам, тут лежало на поверхности!
Я согласен, что доводы, что приводились мною против ряда авторов и их статей , просто ничто по сравнению с воспоминаниями тех, кто летал и воевал тогда. Мои знания, пусть даже основанные на километрах прочитанного, могли лишь вызвать сомнения и дать сигнал к дальнейшим поискам.
Давно терзал меня вопрос, от чего воздушные бои велись в СССР на малых и средних, а на западе на больших высотах? Ведь был у нас великолепный истребитель МиГ-3, который в то время был непревзойдённым на высотах более 6000м(выше средней) Зато на высотах менее 5000 был очень посредственным. Да потому. что в 41-42 годах главным фронтом был Восточный. Главное воздушное оружие- бомбардировщик. Ю-87 на Восточном фронте было больше всего. А этот пикирующий бомбардировщик выше 3500 и не забирался, потому что смысла не было.
“ Для перехвата противника на больших высотах должна патрулировать группа «Лавочкиных». Ее нет. Странно.
У нас, как и было приказано, высота всего три тысячи метров. А если противник пойдет выше? Мы его не достанем. Тревожусь. С согласия земли набираем высоту.
Южнее нас, в стороне Киева, комариками кружатся самолеты. Там идет бой между истребителями. Вдали, на севере, тоже нет-нет да и блеснут вражеские «птички». Внизу противник атакует наши войска. У нас в зоне пока спокойно. Это еще больше настораживает.”
— На средних высотах «як» — хозяин, здесь грех не бить фашистов, — словно оправдываясь, сказал Тимонов. — Если бы на него поставить высотный мотор, как на «лавочкиных», то он не уступал бы «фоккеру» и на шести — восьми километрах. Наш «як» стал бы «королем воздуха».
— Тогда он прогадал бы в скорости на малых и средних высотах, — заметил я. — А ведь почти все бои идут на этих высотах
К примеру, я всегда удивлялся победам немецких экспертов за 200 побед. Меня поражало, что эксперты люфтваффе уничтожили самолётов больше, чем их было построено в СССР! 104 летчика нацистской Германии записали на свои счета по 100 и более побед, а 34 немецких эксперта имели на личном боевом счету по 150 и более самолетов. Причём велики достижения стран оси. Среди асов других стран лидерство принадлежит финну Эйно Илмари Юутилайнену, на счету которого 94 самолета противника. Сбившим наибольшее количество самолетов аcом СССР и союзников является Иван Кожедуб, на счету которого 62 (64) самолета. Меня также поражало и то, что сравнивая победы лучших немецких экспертов и лучших асов стран антигитлеровской коалиции, разница доходила в 5-6 раз! И это не настораживало!

Основными доводами были о заполнении 21 пункта в формуляре о сбитых самолётах, наличие кинофотопулемёта и о низкой лётной подготовке наших лётчиков.
Вот тут и позвольте заметить
-Так, на Кубани при потерях 750 самолётов, по немецким данным, мы потеряли аж 2280 самолётов. Как-то мне подарили американский авиационный журнал. Там была большая статья о Ме-109 (Bf-109). В одном из абзацев говорилось, что судным днём для русских ВВС было 5 июля 1943года. (начало Курской Дуги)В этот день при потерях люфтваффе 26 самолётов, Советы потеряли 497самолётов.
Прочитав, охренел! Написал в журнал письмо, где напомнил о “Законе о 3 колосках”, о приписках, о Сталинских Соколах, кинофотопулемётах и реально сбитых. Заинтересовался. Оказалось, что несмотря на 21 пункт формуляра о сбитых.
Немецкий рыцарь мог просто сообщить, что он сбил, и ему верили.
Зато вы нигде в немецких источниках не найдёте сведений об А.К. Горовце, который 6 июля 1943 года сбил 9 немецких самолётов.
А у фашистов “оказывается, немецко-фашистское авиационное командование издало специальный приказ, в котором говорилось о появлении новых советских истребителей и предписывалось во что бы то ни стало сбивать их.
Для поддержания духа своих летчиков фашистское радио передало, что в этом бою участвовало тридцать советских красноносых истребителей, а немецких всего пятнадцать. При этом мы потеряли якобы половину машин, а они только пять. Ложь гитлеровцев не вызвала у нас удивления, ведь именно ложью, обманом и питается фашизм. “

-кинофотопулемёт регистрировал попадание, но не подбитие самолёта. Десяток самолётов, к примеру, выпустили 10 очередей и все они в самолёт попали. Но самолёт- то летит! И каждый из этих 10 пилотов записал себе победу. Не это ли становилось причиной, что эксперты люфтваффе сбили больше, чем было построено?
А как у нас?
Арсений Васильевич пишет
“Окончательное подведение итогов уничтоженных самолетов противника — дело не простое. Летчик не всегда видит результаты своих атак. На помощь приходят товарищи — участники боя. Но и они часто, увлеченные воздушной схваткой, могут проглядеть. Ведь каждый старается увидеть, сколько осталось самолетов, а не сколько сбито.
Во всех неясных случаях летчики сообща уточняют результаты боя.
Бывает и так. Летчик считает, что атаковал неудачно, промазал. А на самом деле подбитый им вражеский самолет через некоторое время врезается в землю и сгорает.
Чтобы не было путаницы в учете сбитых самолетов, решающее слово принадлежит земле. На разборе боя подробно выясняется, где упали вражеские машины и когда. Войска дают письменное подтверждение. Если сбитый самолет упал на территории противника, то победа считается зарегистрированной, только когда ее подтвердят участники боя. Такой порядок в полку строго соблюдался и не вызывал никаких недоразумений.”
И наконец, качество лётного состава. Конечно, подготовка пилотов в люфтваффе была выше, чем в СССР. Пилот люфтваффе имел в конце 1942 г. из летных школ с налетом 215 часов, в том числе около 40 - на боевом самолете.
Наш пилот выходил, имея 36 часов. К началу Великой Отечественной войны боевым опытом обладали около трех тысяч советских летчиков. 140 из них прошли испытание боем во время Гражданской войны в Испании, свыше 700 авиаспециалистов принимали участие в обороне Китая от японских захватчиков. Другие отличились в конфликтах на озере Хасан и реке Халхин-Гол, а также в ходе Зимней войны с Финляндией. Именно эти летчики представляли наибольшую опасность для пилотов Люфтваффе в воздухе.
К примеру, 22 июня немецкие ВВС, несмотря на внезапность нападения, потеряли до 300 самолетов и еще около 50 были сбиты средствами наземной ПВО. Так что потери противника в воздухе если и не превзошли наши, то были никак не ниже.
“После воздушных битв «коренного перелома» над Сталинградом, Кубанью и Курском, специальных воздушных операций 1943 года, «стратегическое господство в воздухе окончательно перешло на сторону советских ВВС». Отсутствие господства в воздухе в 1941-1942 годах объяснялось совокупностью разных причин: больших потерь в начале войны, нехваткой современных самолётов. В первые месяцы войны советские ВВС
активно сбивали немецкую авиацию, а в дальнейшем, в связи с заменой старой авиационной техники на новую, сбивали в меньшей степени….”
В 1944 году наши ВВС окончательно завоевали господство в воздухе. В люфтваффе возникла такая же ситуация, какая была у нас в 42 году. Однако таких огромных счётов сбитых немецких самолётов не было, так что если вздумают вешать лапшу на уши, то вы уже знаете.