Пули со смещенным центром тяжести

Практически каждому, кто когда-либо сталкивался со стрелковым оружием, доводилось слышать о пулях со смещенным центром тяжести. Часто информация о них находится на уровне: «у моего друга есть сосед, который служил там-то и говорил, что…». Дальше могут быть различные подробности, однако суть сводится к тому, что существуют пули со смещенным центром тяжести, которые, попав в ногу, выходят из головы. Я сам неоднократно слышал такие рассказы и мнения по-поводу этих рассказов.

Реакция колеблется от резкой критики и обвинений рассказчика во лжи, до деловитого поддакивания. Попробуем же разобраться в том, существуют ли такие пули и могут ли они наносить ранения такой степени тяжести, а также какими особенными свойствами они обладают.

Ответ на первый вопрос прост – да, они существуют и существовали. Причем их предистория началась в первых годах прошлого столетия. Тогда в 1903-1905 годах вместо прежних тупоконечных военных виновочных пуль были разработаны и внедрены первые пули с остроконечной вершиной. Основным их достоинством является уменьшенное сопротивление воздуха.

Остроконечные винтовочные пули бывают двух типов: тяжелые с поперечной нагрузкой1 более 22 г/см2, и легкие – имеющие соответственно меньшую поперечную нагрузку. Первые предназначены для ведения огня на дальние дистанции, а вторые – на короткие (см. рис 1). Изначально на вооружение Германии (1904), США (1906), Турции (1907) и России (1908), были приняты легкие пули, а в Англии (1906), Франции (1904) и Японии (1908) – тяжелые.

Рис.1. Типы пуль: А – тупоконечные; Б – остроконечные тяжелые; В – остроконечные легкие. Серым цветом выделена ведущая часть пули; красные точки обозначают центр тяжести; черные – центр сопротивления воздуха

Кроме улучшений в баллистике (о которых будет сказано ниже), введение легких остроконечных пуль давало к тому же ряд и других преимуществ. Во-первых, меньшая масса пули (следовательно, и масса патрона) позволяла повысить ее начальную скорость и увеличить носимый стрелком боезапас. Во-вторых, для их изготовления требовалось меньше металла, а при огромных тиражах это давало существенную экономию. В-третьих, неглубокая посадка легкой пули в гильзу, давала возможность увеличить полезный объем последней и соответственно прибавить в массе порохового заряда.

Что касается баллистики, то легкие остроконечные пули обладали начальной скоростью в среднем на 100-200 м/с большей, чем тупоконечные. Это, в совокупности с их более обтекаемой формой, увеличивало дальность прямого выстрела2 и глубину прицельно поражаемого пространства3 (см. рис 2). На практике это означало, что можно было увеличить результативность огня на расстояниях порядка 300-400 м, при неизменном мастерстве стрелков.

Опыт ведения боев во второй половине XIX начале XX веков показал, что именно эти дистанции являются предельно достижимыми по меткости для среднего бойца. Как говорится: «зачем платить больше?». Для удовлетворения же потребности пехотных подразделений в дальнобойном винтовочном и пулеметном огне существовали тяжелые пули. При этом можно было использовать обычные пехотные винтовки с незначительными переделками (в основном прицельных приспособлений). Естественно, что такие преимущества ни одна из передовых держав накануне Первой мировой войны игнорировать не могла.

Рис.2. Прицельно поражаемое пространство (ппп) и прямой выстрел (вц – высота цели)

Однако остроконечные пули при стрельбе из винтовок, имеющих нарезы, рассчитанные для тупоконечных пуль, были неустойчивы в полете. Дело в том, что из-за пологих нарезов (достаточных для стабилизации тупоконечных пуль), остроконечные пули имели относительно небольшую скорость вращения, что приводило к большой прецессии в полете. Все это влекло за собой падение кучности и пробивной способности, а также повышенный снос пули под действием бокового ветра. Чтобы избавиться от этого недостатка центр тяжести пули стали искусственно переносить назад, ближе к донной части. Для этого носовую часть облегчали, помещая в нее алюминий, фибру или прессованную хлопчатобумажную массу (см. рис. 3,а).

Интересное и наиболее рациональное решение придумали японцы (см. рис. 3,б). Они стали использовать для изготовления пуль утолщенную в передней части оболочку, удельная масса которой меньше, чем у свинцового сердечника. Это позволило решить сразу две проблемы: с одной стороны, центр тяжести сместился назад, и повысилась стабильность полета пули, а с другой – увеличилась ее пробивная способность, за счет более прочного носика. При этом поперечная нагрузка оставалась достаточно большой.

Рис.3. Боеприпасы начала XX века и пули со смещенными центрами тяжести к ним: А – английский .303 British Mk VII (7,71×56 R); Б – японский 6,5 Arisaka (6,5×50 SR)

Это и были первые пули с преднамеренно смещенным центром тяжести. Как видно из вышесказанного, создавались они для целей совершенно противоположных хаотичному поведению. Более того, насколько известно, такие пули, наоборот, при попадании в цель вели себя довольно устойчиво и оставляли аккуратные (по свидетельствам очевидцам) раны. Как видно из рис 1, у тяжелых остроконечных пуль даже при монолитном исполнении центр тяжести смещен назад относительно центра сопротивления воздуха несколько больше, чем у тупоконечных. Однако применение таких пуль также не вызывало «страшных» ранений, подобных описанному вначале.

Чем же был порожден ряд слухов о пулях со смещенным центром тяжести? По всей видимости, поводом для них стало применение американскими войсками во Вьетнаме штурмовых винтовок М16. Их пули нередко наносили действительно обширные ранения, казалось бы, не свойственные для столь малого калибра (5,56 мм). По всей видимости, это и привело к распространенному мнению, что виновен в этом смещенный центр тяжести. Хотя, на самом деле, в большей степени этому способствовала высокая начальная скорость пули (около 1000 м/с).

Рис.4. Раневой профиль оставленный пулей М193 боеприпаса 5,56х45

Дело в том, что еще в начале XX века способность наносить непонятно обширные (для относительно небольшого калибра) повреждения тканей была замечена за патроном .280 Ross (7 мм). Причиной их, как выяснилось, была большая скорость пули в момент встречи с целью (начальная скорость таких патронов изготовленных английской фирмой Eley была около 980 м/с). Это влекло за собой образование так называемой зоны временной пульсации (временной полости) вокруг раневого канала на малых глубинах проникновения. Такая зона, по сути, является областью действия гидравлического удара и приводит к разрушению внутренних органов (и даже костей) попавших в нее. Если при относительно невысоких скоростях такая полость начинает образовываться на глубинах 20-25 см (а это часто уже за пределами тела), то при больших скоростях – от 2 до 12 см.

Сходная картина наблюдалась и при ранениях нанесенных пулями М 193, которыми снаряжались патроны 5,56х45 к винтовкам М16 (см. рис 4). Как видно на профиле раны эта пуля проходит в мягких тканях примерно 10-12 см головной частью вперед, что уже наводит на мысль о непричастности к этому смещенного центра тяжести. Затем она разворачивается, сплющивается и разламывается в районе кольцевой канавки, предназначенной для посадки пули в гильзу. Головная часть пули продолжает движение, а тыльная распадается на множество осколков, поражающих ткани на глубину порядка 7 см. При этом наблюдается значительный разрыв тканей. Это объясняется тем, что сначала они пробиваются осколками, а затем подвергаются действию гидравлического удара. Вследствие этого отверстия в полых внутренних органах (например, в кишках) могут достигать 5-7 см в диаметре.

В середине 1950-х годов в США проводился конкурс боеприпасов с целью найти замену не удовлетворявшего военных патрона 7,62х51. Основными претендентами были три боеприпаса: .222 Winchester, .224 Springfield и .222 Special. Все они представляли собой видоизмененные варианты охотничьего патрона .222 Remington. Выиграл вышеупомянутый конкурс .222 Special, который был разработан в 1957 году специалистами фирмы «Sierra Bullets» при участии известного американского оружейника, автора штурмовой винтовки M16 – Юджина Стоунера. В 1964 году описываемый боеприпас под индексом М 193 был принят на вооружение армии США.

В 1980-х годах бельгийская фирма FN (Fabrique Nationale dArmes de Guerre) разработала вариант этого патрона с несколько более тяжелой пулей рассчитанной на шаг нарезов 178 мм (у М 193 – 305 мм). Это сделало полет пули более стабильным, значительно уменьшив прецессию относительно траектории. Такой вариант, получивший обозначение SS 109, был стандартизирован в НАТО. В США он также был принят, но под индексом М 885. Часто в оружейной литературе можно также встретить следующие обозначения этого боеприпаса: 5,56x45 NATO, 5,56 mm NATO и т.д.

Следует отметить, что принятие этого боеприпаса на вооружении Америки стало резонансным событием. Так как новый патрон нес в себе идею использования высокоскоростных (начальная скорость пули у М 193 порядка 1000 м/с) малокалиберных боеприпасов в военных целях. Идея эта была известна задолго до описываемых событий, однако именно в описываемом патроне она нашла материальное воплощение. Советский Союз отреагировал на выход новинки принятием в 1974 году патрона 5,45х39 (см.).

Весьма популярен описываемый боеприпас и среди охотников и спортсменов. Его коммерческое обозначение .223 Remington. Он имеет тот же калибр, что и его прародитель, а отличие в обозначении, видимо, продиктовано соображениями безопасности (эти патроны невзаимозаменяемы). Используется он, в основном, для варминтинга на дистанциях до 200 – 250 метров.

Изначально причиной таких профилей ранений считали нестабильность пули в полете и указывали на то, что ствол вышеупомянутых американских винтовок имеет слишком пологие нарезы (шаг 305 мм). Однако при принятии патрона 5,56х45 на вооружение НАТО, к нему была разработана новая более тяжелая пуля М855 (по европейской классификации SS 109), рассчитанная на более крутые нарезы с шагом 178 мм. Повысившаяся скорость вращения позволила стабилизировать пулю, однако характер ранений остался практически неизменным.

В ответ на принятие в НАТО вышеупомянутого малокалиберного боеприпаса Советский Союз отреагировал разработкой и внедрением в 1974 году своего промежуточного патрона уменьшенного калибра. Он был сконструирован и испытан в крайне сжатые сроки (порядка нескольких месяцев) под руководством В.М. Сабельникова группой конструкторов и технологов, в состав которой входили: Л.Н. Булавская, Б.В. Сёмин, М.Е. Фёдоров, П.Ф. Сазонов, В.И. Волков, В.А. Николаев, Е.Е. Зимин, П.С. Королёв и другие.

Новый патрон имел уменьшенную отдачу, лучшие баллистические характеристики и кучность по отношению к 7,62х39 (дальность прямого выстрела по стандартной ростовой мишени увеличилась примерно на 100 м). Его метрическое обозначение – 5,45х39. Изначально причиной таких профилей ранений считали нестабильность пули в полете и указывали на то, что ствол вышеупомянутых американских винтовок имеет слишком пологие нарезы (шаг 305 мм). Однако при принятии патрона 5,56х45 на вооружение НАТО, к нему была разработана новая более тяжелая пуля М855 (по европейской классификации SS 109), рассчитанная на более крутые нарезы с шагом 178 мм. Повысившаяся скорость вращения позволила стабилизировать пулю, однако характер ранений остался практически неизменным.

Интересен тот факт, что основная пуля нового советского боеприпаса имела преднамеренно смещенный назад центр тяжести за счет пустого, незаполненного свинцовой рубашкой носика (см. рис 5). Такой тип был принят под индексом 7Н6, а свое широкомасштабное боевое «крещение» он прошел во время войны в Афганистане.

Рис.5. Боеприпас 5,45х39 (7Н6) и пуля к нему

Казалось бы, за счет большой начальной скорости (около 900 м/с) и соответственно скорости встречи, его пуля должна была бы наносить ранения качественно сходные с изображенными на рисунке 4. Однако характер раневого профиля был другим (см. рис. 6). Дело в том, что пуля нашего патрона в отличие от своего американского собрата имела прочную стальную оболочку, которая выдерживала гидравлические нагрузки при движении внутри тела. Вследствие этого пуля оставалась целой, а не фрагментированной, как в случае с 5,56х45. Хотя, как видно на раневом профиле, ее движение стабильным назвать нельзя. Как видно на раневом профиле, пуля советского боеприпаса 5,45х39 (7Н6) неоднократно переворачивается.

Рис.6. Раневой профиль оставленный пулей 7Н6 боеприпаса 5,45х39

Специалисты считают причиной такого поведения на начальной стадии движения в мягких тканях именно смещенный назад центр тяжести, так как врашение пули резко замедляется и стабилизирующий фактор перестает играть свою роль. Однако далее пуля должна двигаться просто хвостовой частью вперед. Вместо этого происходит дальнейшее «кувыркание». Причиной этого, по всей видимости, является процессы, происходящие внутри самой пули. Так часть свинцовой рубашки, расположенной ближе к носовой части, во время резкого торможения несимметрично смещается вперед в полость носика, что приводит к изменению начальных условий. Цетр тяжести незначительно смещается вперед, и точки приложения сил тоже соответственно меняются. Это приводит к дальнейшей дестабилизации движения в мягких тканях. К тому же гнется и сам носик пули.

При этом замечено, что значительные разрывы мягких тканей происходят лишь на конечном участке движения на глубинах более 30 сантиметров. Впрочем, учитывая неоднородность строения организма (в отличие от баллистического пластилина или желатина, используемого в лабораторных условиях), мы получим весьма сложную картину ранений, нанесенных такими пулями. Хотя на практике процент таких ранений относительно невелик. Да и попадание «в пятку, а выход из головы» практически невозможен, так как энергии пули просто не хватит. Ведь даже в баллистический желатин или пластилин пуля проникает в основном на глубины не более полуметра. И это фактически при стрельбе в упор.

Этот патрон принят на вооружение армии Советского Союза в 1974 году. Предназначался он для замены боеприпаса 7,62х39. Вообще говоря, его создание было продиктовано успешным боевым применением американцами патрона 5,56х45 (см.). Он бал разработан в крайне сжатые сроки (порядка нескольких месяцев) под руководством В.М. Сабельникова группой конструкторов и технологов, в состав которой входили: Л.Н. Булавская, Б.В. Сёмин, М.Е. Фёдоров, П.Ф. Сазонов, В.И. Волков, В.А. Николаев, Е.Е. Зимин, П.С. Королёв и другие. Новый патрон имел уменьшенную отдачу, лучшие баллистические характеристики и кучность по отношению к 7,62х39 (дальность прямого выстрела по стандартной ростовой мишени увеличилась примерно на 100 м).

Изначально было выпущено два типа боеприпасов – с пулей общего назначения со стальным сердечником в свинцовой рубашке (индекс 7Н6) и с трассирующей пулей (7Т3). Впоследствии к ним добавились патрон для бесшумной и беспламенной стрельбы с дозвуковой скоростью пули (7У1), который разработали Л.Н. Булавская и В.А. Николаев, а также холостой патрон (В.И. Волков при активном участии Б.А. Йогенсен).

К началу 1980-х годов проявились недостатки описываемого малокалиберного патрона, такие как недостаточное поражающее действие и пробивная способность. В связи с этим в 1985 году его модернизировали. Сердечник стали изготавливать из сталей с высокой твердостью марок Ст 70 и Ст 75. Такие варианты были приняты под индексами 7Н10 и 7Н10М. С 1992 года сердечник начали изготавливать более тяжелым и заостренным, патрон получил обозначение «7Н10 с пулей ПП» (повышенной пробиваемости). Также в настоящее время производится бронебойный вариант патрона под индексом 7Н22, сердечник пули которого изготавливается из углеродистой инструментальной стали У12А. По заявлениям российских специалистов, описываемый боеприпас с новыми пулями по своим пробивным и поражающим характеристикам сравним с патроном 7,62х39, обладая при этом лучшей кучностью.

Следует отметить, что в Америке коммерческий вариант описываемого патрона пользуется популярностью у спортсменов и охотников на мелких грызунов (варминтеров), благодаря хорошему соотношению цена-кучность.

Интересно сравнить действие советской и американской пуль по легко защищенным целям, а именно их, так называемое, запреградное действие. При примерно одинаковых массах (около 3,5 грамм), американская имеет начальную скорость примерно на 100 м/с больше. Однако ее пробивная способность значительно меньше, так как латунная оболочка и мягкий свинцовый сердечник фактически расплющиваются даже о незначительные препятствия. В таком случае запреградное действие американской пули сводится к простому механическому удару. Если пробитие преграды все-таки произошло, то дальнейшее движение продолжает сильно деформированный малоэнергетичный фрагмент пули, который, как правило, не проникает на значительную глубину, необходимую для поражения жизненно важных органов. Поэтому для защиты от таких пуль используются относительно легкие бронежилеты.

Действие советской пули более сложное. При попадании в преграду она, в зависимости от прочности таковой, либо остается нефрагментированной (так как оболочки пули стальная и обладает гораздо большим сопротивлением разрыву), либо предсказуемо фрагментируется. Причиной такого «программируемого» разрушения является ее структура, включающая в себя стальной сердечник. Рассмотрим подробнее фрагментацию такой пули в преграде.Интересно сравнить действие советской и американской пуль по легко защищенным целям, а именно их, так называемое, запреградное действие.

При примерно одинаковых массах (около 3,5 грамм), американская имеет начальную скорость примерно на 100 м/с больше. Однако ее пробивная способность значительно меньше, так как латунная оболочка и мягкий свинцовый сердечник фактически расплющиваются даже о незначительные препятствия. В таком случае запреградное действие американской пули сводится к простому механическому удару. Если пробитие преграды все-таки произошло, то дальнейшее движение продолжает сильно деформированный малоэнергетичный фрагмент пули, который, как правило, не проникает на значительную глубину, необходимую для поражения жизненно важных органов. Поэтому для защиты от таких пуль используются относительно легкие бронежилеты.

При попадании в препятствие по нормали к поверхности полый носик пули сминается и впоследствии разрывается, открывая путь для продолжающего двигаться по инерции стального сердечника. При этом мягкая свинцовая рубашка играет роль своеобразной смазки, облегчающей движение сердечника в преграде. Последний и является поражающим элементом, оказывающим запреградное действие. При массе примерно 1,5 грамма (почти половина массы пули), он слабо деформируется и может проникать на глубины достаточные для поражения цели.

Однако все это характерно для идеального случая. На практике уже при незначительных отклонениях угла встречи от перпендикуляра в игру вступает рикошетирующая способность, которая для малокалиберных легких пуль играет значительную роль. Интересен тот факт, что существует расхожее мнение о том, что большую рикошетирующую способность пуль патрона 5,45х39 (7Н6) определяет именно смещенный назад центр тяжести. Причем мнение это характерно, как правило, для людей, познакомившихся с соответствующим оружием во время прохождения воинской службы на практике. При этом часто приводится пример стрельб трассирующимим малокалиберными пулями по густым перелескам или посадкам, которые наглядно демонстрирует большую рикошетирующую способность таких пуль. Однако при этом мало кто задумывается о том, что трассирующие пули (индекс патрона 7Т3 и 7Т3М) имеют центр тяжести наоборот смещенный вперед.

Кроме того, экспериментальные стрельбы по густым перелескам, опубликованные в иностранных периодических изданиях, выявляют некую общую закономерность. Так при встрече с легкими препятствиями (тонкими ветками) менее всего от траектории отклоняются тяжелые тупоконечные крупнокалиберные пули, по мере уменьшения массы и калибра отклонения становятся все более заметными. Также замечено, что остроконечные пули рикошетируют больше.

Существуют и другие примеры. Так иногда приводят случаи рикошетов советских малокалиберных пуль со смещенным центром тяжести при стрельбе под острыми углами к поверхности даже от оконного стекла. Или многократное рикошетирование при стрельбе внутрь замкнутых помещений. Следует отметить, что все эти факты в той или иной мере действительно имеют место и подтверждаются боевым использованием автоматов АК-74 и их модификаций в условиях гористой местности (все тот же Афганистан плюс Кавказ) и городской застройки. Однако обвинять в этом исключительно смещенный центр тяжести, по всей видимости, не стоит.

Дело в том, что в охотничьей практике известны многократные случаи отражения даже дроби, имеющей сферическую форму и однородное строение, от поверхности воды. Как правило, такие примеры встречались при стрельбе водоплавающей птицы на воде и даже приводили к несчастным случаям. По вполне понятным причинам смещенный центр тяжести не может иметь никакого отношения к таким случаям. Здесь определяющим фактором являются именно углы встречи с преградой (см. рис 7). Суть заключается в том, что при острых углах к поверхности перпендикулярная составляющая скорости Vx может быть очень малой, следовательно, импульс, передаваемый преграде, также будет незначительным, и упругих свойств преграды (в случае с водой упругими свойствами обладает поверхностная пленка) будет достаточно для отражения пули.

Рис.7. Рикошетирование пули при больших углах встречи. Vx, Vy – перпендикулярная и продольная составляющие скорости пули, V – скорость встречи

Что касается многократного переотражения, то многими специалистами отмечается, что вышеупомянутые американские пули подвержены ему в меньшей степени. Однако и здесь вряд ли стоит ставить во главу угла смещенный центр тяжести. Скорее всего, такая разница имеет место, прежде всего, вследствие большей механической прочности советских пуль. Дело в том, что пули патронов М 193 и SS 109 сильно деформируются при встрече с препятствием и теряют на это значительную долю своей энергии. Поэтому среднестатистическое количество переотражений для них меньше, чем для пуль к патронам 5,45х39 (7Н6).

Из всего вышесказанного можно сделать несколько основных выводов:

— во-первых, пули со смещенным центром тяжести существуют, более того они не являются какими-то специальными или секретными.

— во-вторых, изначально смещение центра тяжести назад было предпринято для увеличения стабильности полета остроконечных пуль, а не наоборот, как считают многие.

— в-третьих, роль смещенного центра тяжести в нанесении атипичных сложных ранений и в повышенной рикошетирующей способности существенно завышена общественным мнением.

————————————
1. Под поперечной нагрузкой оружейники, как правило, понимают величину численно равную отношению массы пули к площади ее наибольшего поперечного сечения (ПН = m / Sp). Так как максимальный диаметр пули является ее калибром (К), то поперечную нагрузку можно выразить следующим образом ПН = m / π (К / 2)2.

2. Прямым выстрелом называется такой выстрел, при котором траектория не поднимается над линией прицеливания выше цели на всем протяжении прицельной дальности.

3. Глубиной прицельно поражаемого пространства расстояние по линии прицеливания, на протяжении которой нисходящая ветвь траектории не превышает высоты цели.

*****

Небольшое дополнение от автора статьи

За прошедший со времени написания первой моей статьи по данной тематике период, казалось бы, конструкции пуль со смещённым центром тяжести существенных изменений не претерпели. Да и основные выводы сделанные в ней также остались актуальны. Однако ряд вопросов касательно стабилизации пуль со смещённым центром тяжести, возникших со временем у любознательных читателей, сподвигнул меня к определённой конкретизации. Для этого необходимо дополнительно осветить некоторые интересные подробности введения остроконечных пуль, имеющие непосредственное отношение к предмету повествования.

В начале хотелось бы отметить, что актуальность темы по-прежнему остаётся довольно высокой (в различных оружейных сообществах нередко можно встретить эмоциональные её обсуждения), при этом объём каких-либо статей и/или иных материалов в таком специфическом довольно узком направлении практически не изменился. Возможно именно в связи с этим, до сих пор, крайне полярных степеней утверждений придерживается основная масса спорщиков (либо «пуль со смещённым центром тяжести нет», либо «они существуют и именно благодаря их исключительной поражающей способности»). Хотя, как показано в предыдущей работе реальная картина (как в основном и бывает) где-то посередине.

В процессе ознакомления с первой частью книги известного оружейника Владимира Григорьевича Фёдорова «Оружейное дело на грани двух эпох», можно обнаружить последовательное описание хода различных мероприятий в рамках разработки, испытаний и внедрения трёхлинейного военного винтовочного патрона (7,62х54Р) с лёгкой остроконечной пулей (взамен прежнего с тупоконечной тяжёлой). В частности, приводятся сведения о том, что самая лёгкая (9,5 г) из тестировавшихся пуль давала наиболее пологие траектории на привлекательных в военном отношении дистанциях. Кроме того, она обладала и лучшей бронебойностью на коротких дистанциях:

«…При стрельбе тупыми пулями 6-миллиметровый щит пулемета Максима мог пробиваться лишь у самого дула винтовки, при стрельбе же опытными пулями тот же щит пробивался пулей в 9,5 г на всех расстояниях до 100 шагов и пулей 10,5 г – до 75 шагов…».

Следует отметить, что при стрельбе по сосновым доскам картина была обратная (вследствие большей деформации остроконечных пуль), но для стрельбы по незащищённым целям на всей прицельной дальности убойность была признана достаточной. Однако при этом самая лёгкая пуля обладала и самой худшей среди них кучностью. В книге указывается, что выведенный из всех стрельб средний радиус на 600 шагов получился:

Такая закономерность связывалась с тем, что при одинаковом калибре испытуемых пуль наиболее лёгкая являлась и наиболее короткой, ввиду чего также обладала и наиболее короткой ведущей частью, которая при прочих равных условиях хуже стабилизировалась при движении по нарезам. Увеличивалась поперечная составляющая колебаний её оси относительно оси ствола, что и вносило наибольший определяющий вклад в рассеивание.

Лёгкая остроконечная пуля «S» патрона 7,92х57 М1904

До этого в Германии в 1904 году первыми приняли на вооружение, в качестве основной винтовочной, остроконечную лёгкую пулю «S» (от немецкого Spitzgeschoß – «острый снаряд»). В ходе её внедрения столкнулись со сходной проблемой падения кучности. Стабилизацию пули со свинцовым сердечником в мельхиоровой оболочке осуществили увеличением диаметра ведущей части (на 0,12 – 0,15 мм) и углублением нарезов ствола. В связи с чем, новый патрон стал не полностью взаимозаменяем со своим предшественником (7,92х57 или в гражданской версии 8х57[J]), что привело к появлению по сути нового типоразмера (7,92х57S или в гражданской версии 8х57[J]S).

Лёгкая остроконечная пуля патрона 7,62х54Р обр. 1908 г

Принятая же в 1908 году к «трёхлинейке» лёгкая пуля была увеличена в диаметре (0,1 – 0,13 мм), но без изменений канала ствола. При этом в её хвостовой части было организовано расширительное углубление конической формы, которое раздавалось по окружности пороховыми газами, а также дополнительно позволяло при неизменной массе несколько увеличить длину ведущей части. Материал утолщённой (по отношению к тупоконечной пуле) оболочки по прежнему мельхиор.

Следует отметить, что при этом рассматривалась возможность производства из плакированной стали («Пуд мельхиоровых лент – 38 руб., пуд плакированных – 20 – 21 руб. по ценам того времени»). Испытывавшиеся пули с биметаллической оболочкой показали ухудшение кучности при стрельбе из разношенных винтовок («…вследствие меньшего заполнения нарезов, получающегося при более твёрдых оболочках…») и от них отказались.

По мнению В.Г. Фёдорова «…самым лучшим решением вопроса было бы принятие пули… …с длинной ведущей частью (путем вставки в оболочку двойного сердечника) из дерева или алюминия и затем из свинца, как это было выполнено впоследствии в английской пуле Голланда».

Остроконечная пуля Mark VII патрона.303 British / 7,71x56R

Англичане приняли к своему штатному винтовочно-пулемётному патрону (.303 British / 7,71x56R) остроконечную пулю Mark VII в 1910 году (в исходной моей статье допущена ошибка). Она действительно обладала составным сердечником (также в мельхиоровой оболочке), носовая часть которого была алюминиевой (во время Второй Мировой войны могла производится из бакелита), а хвостовая – свинцовая. Таким образом, достигалось удлинение ведущей части при определённой массе пули (11,15 – 11,34 г), позволявшее стабилизировать её движение внутри ствола. Связанное с этим смещение центра тяжести назад (к хвостовой части), насколько известно, к дестабилизации пули на траектории не приводило. Сведений о какой-то её нетипично высокой поражающей способности обнаружить, пока тоже не удалось.

Интересна в этом отношении также пуля советского винтовочного снайперского боеприпаса (7,62х54Р 7Н1). При его разработке сдерживающим кучность фактором, являлась уже невозможность должным образом отцентрировать (относительно оси вращения) пулю со стальным сердечником в свинцовой рубашке (характерным для валовых патронов, например ЛПС), ввиду некоторой несоосности твёрдого сердечника и оболочки (не существенной для не прецизионных патронов).

Для того чтобы иметь возможность организовать производство боеприпасов повышенной точности без понижения пробивной способности (например, за счёт использования однородного свинцового сердечника) конструкция пули была пересмотрена. Бронебойный сердечник с плоской вершинкой был помещён в носовую часть пули так, что радиус его оживальной части соответствовал таковому внутренней поверхности оболочки. Вследствие чего при производстве он более однообразно занимал (заданное собственной геометрией) место внутри пули, однородная свинцовая часть сердечника располагалась позади него. В носовой части между плоской вершинкой сердечника и внутренней поверхностью оболочки находилась полость, как впоследствии и в пуле патрона 5,45х39 (7Н6).То есть, если можно так выразиться, чтобы центр тяжести не смещался вбок, его пришлось сместить назад. Заметим, что теперь речь шла о стабилизации пули не внутри ствола, а уже во время её полёта в воздушной среде.

Соответственно, на примере вышеприведенного, можно наглядно проследить связь между смещением центра тяжести назад и немаловажными аспектами стабилизации движения остроконечных пуль, как в нарезном канале ствола, так и на траектории. Вот, прежде всего то, чем хотелось бы дополнить, спустя 12 лет, статью про такие «загадочные» пули со смещённым центром тяжести…

*****

При подготовке статьи были использованы следующие источники:
— Жук А.Б. Энциклопедия стрелкового оружия: револьверы, пистолеты, винтовки, пистолеты-пулеметы, автоматы. М.: Воениздат, 1993.
— Маркевич В.Е. Охотничье и спортивное оружие. История развития за период с 1886 г. по1941 г. С-Петербург: Полигон, 1995.
— Маркевич В.Е. Ручное огнестрельное оружие. С-Петербург: Полигон, 1995.
— Мураховский В.И., Федосеев С.Л. Оружие пехоты. М.: Арсенал-Пресс, 1992.
— Коломийцев А.В., Собакарь И.С., Никитюк В.Г., Сомов В.В. Патроны к стрелковому оружию (справочное пособие). Харьков, 2003.
— Фёдоров В.Г. Оружейное дело на грани двух эпох часть I. Ленинград, 1938.

Сергей Барчук